Найти



Показ настроек специализированного поиска Скрыть настройки специализированного поиска
Вий Н.В. Гоголя и Война и мир Л.Н. Толстого в поэме В.В. Маяковскго Война и мир
Опубликован June 8, 2021

Репрезентируя  себя в своей поэме Война и мир в виде вымышленной  «абсолютной единицы» –  нового Вия – Маяковский демонстрирует   инфернальность нового типа,  по сравн...нию с гоголевской. Мысль Маяковского обратна толстовскому пацифизму и  идее «вечного мира» (роман Война и  мир).  В отличие  от Толстого  отказываясь  замечать   и признавать реальное  многообразие проявлений человека и человеческого начала, Маяковский редуцирует всех людей, их помыслы и заботы к своим личным представлениям.

Показ полной выдержки
5
Толстовское наследство художественной детали в поэтике Чехова (Остранение и случайность)
Опубликован June 8, 2021

К одному типу случайной чеховской детали можно обратиться как к особенному когнитивному явлению изменений, возникающих при восприятии заднего и переднего планов внутри изображаемого вос...приятия героя. В статье мы предполагаем, что этот прием срабатывает, если в этих случаях лаконичность Чехова интерпретируется на фоне подробно разработанных описаний внутреннего мира отчуждающихся героев у Толстого. В первой части на примере «Войны и мира» случайная деталь рассматриваетсяв отношении разных признаков толстовского остранения и показывается их трансформация у Чехова. На примерах ранних рассказов Чехова «Гриша» и «Полинька» демонстрируется промежуточная степень трансформации. Во второй части мы обращаемся к рассказу «Дама с собачкой» и рассматриваем трансформацию толстовского приема через параллели с романами «Война и мир» и «Анна Каренина».Ситуация Гурова и героев Толстого (Наташи, князя Андрея, Левина)похожа в том, что в душе они сохраняют истинную любовь и попадают в повседневную общественную ситуацию, где для них с особой силой обнажаются автоматизмы повседневной жизни.

Показ полной выдержки
4
Георгий Адамович «Начало повести, из забытой тетради» (О тургеневском подтексте)
Опубликован August 22, 2019
11 p.

Дискурс «Ich-Erzählung» создает в «Начале повести. Из забытой тетради» Георгия Адамовича видимость «тургеневской повести» или автобиографический нарратив, где автор как бы пересказывает извес...тные классические тексты на тему «Любовь сильна, как смерть». Повествование рассматриваемого текста основано на эффекте повторяемости на разных семантических уровнях отдельных тематических единиц по принципу сходства и контраста. Создаваемый текст не становится автономной повестью о Марии Леопольдовне, но обнажает технику поэтики воспоминаний. Цитаты и авто-цитаты формируют вербальную основу, т.е. создают своеобразный язык мирового искусства, где имена Тургенева и Толстого являются маркерами сюжета повести. Тургеневский подтекст образует креативность семв повести Адамовича, где рассказано о любви, которая не состоялась, но запомнилась на всю жизнь.

Показ полной выдержки
72
37
Неосуждение и/или прощение: наблюдения о теологии Л.Н. Толстого на фоне философии И. Канта и М.М. Бахтина
Опубликован August 22, 2019
10 p.

Ставится проблема соотношения неосуждения и прощения в мире Л. Толстого в сравнении с философией Канта и Бахтина (преимущественно). Итоговый вывод Толстого – неосуждение выше прощения.

87
46
1 - 4 из 4 результатов